Западные спецслужбы встревожены усилившейся деятельностью российской разведки — об этом сообщила газета The Financial Times. Один из неназванных собеседников издания отметил, что «русские могут проводить очень сложные операции, которые с точки зрения разведки невероятно круты».
История в самом деле знает немало примеров невероятной работы как российских, так и советских разведчиков. Один из них — служба знаменитой разведчицы Елены Косовой: став сотрудницей ООН — первой из советских женщин, — она успешно провела десятки секретных операций, добыла важнейшую для страны информацию и спасла от неминуемого провала одного из своих коллег. История легенды советской разведки — в материале «Ленты.ру».
Фото: Служба внешней разведки Российской Федерации
Середина 1950-х годов, США. Стоит теплый весенний день, и парк в окрестностях Нью-Йорка полон отдыхающих. Их лица расслаблены, и они ведут непринужденные беседы — но на их фоне сильно выделяются несколько мужчин, которые, стараясь не выдать себя, пристально наблюдают за одним из посетителей.
Эти мужчины — агенты ФБР в штатском, а объект их наблюдения — советский разведчик-нелегал, которого они вот-вот должны задержать. Поводом для задержания должна стать встреча нелегала с представителем советского дипкорпуса — и агенты замерли в ожидании.
Однако объект их наблюдения сначала просто гуляет по аллеям парка в одиночестве, а затем ловит такси и уезжает. Операцию ФБР, которая готовилась многие месяцы и должна была стать крупным успехом спецслужбы, сорвала неприметная женщина, которую они даже не заметили.
Именно она с риском для себя тайком подала нелегалу условные сигналы об опасности и тем самым спасла его от задержания. Этой женщиной была Елена Косова — легендарная советская разведчица времен холодной войны, не допустившая ни единого провала за всю свою долгую службу.
***
Елена Косова (ее девичьей фамилии нет в открытых источниках) родилась 6 июня 1925 года в Москве, в семье командира-пограничника, героя легендарного похода Таманской армии 1918 года. Позже отец Косовой окончил Академию имени Фрунзе, участвовал в Великой Отечественной войне и за отвагу был удостоен ордена Суворова, а также звания генерала.
Сама Елена, которая прилежно обучалась снайперскому мастерству, тоже рвалась на фронт, но к тому моменту, когда девушка оказалась готова к сражениям, Германия уже капитулировала. Тогда Косова решила окончить двухгодичные курсы иностранных языков Высшей школы Министерства государственной безопасности (МГБ).
Здание Высшей школы МГБ
Фото: Wikimedia
Ее отец был против: он считал, что обеспечение госбезопасности — это не женское дело, однако Елена смогла его переубедить. Она легко поступила на факультет и вскоре начала изучать английский.
Учили мы английский по Джеку Лондону, по другим классикам. Контрольные делали по экономическим текстам, которые изучали в Англии только определенные типы (их называли «котелками») - Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
Нагрузка была колоссальной: на группу из пяти человек приходилось шесть преподавателей, которые по 7-8 часов ежедневно заставляли студентов слушать американское радио, учиться бегло писать и отрабатывать произношение. По воспоминаниям разведчицы, к окончанию учебы ее английская речь была безупречной — она говорила с чистейшим оксфордским акцентом.
Как ни странно, в будущем это обернулось для нее определенными проблемами.
Моя речь была слишком грамотной и такой литературной, что, когда мы приехали с мужем работать в Нью-Йорк, меня вначале просто не понимали. Благо, что мы не были нелегалами, и даже по легенде мы представлялись русскими, иначе наш английский грозил бы провалом — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
Со своим супругом, разведчиком и будущим вице-президентом Ассоциации иностранных корреспондентов при ООН Николаем Косовым, девушка познакомилась в школе МГБ — он был ее выпускником. Николай работал переводчиком у первых лиц государства — например, сопровождал в командировках главу советского МИД Вячеслава Молотова.
Иногда Косов посещал родную школу, чтобы пообщаться с любимыми педагогами. В один из таких визитов он помог Елене перевести текст, а потом пригласил ее на свидание. Предложение своей избраннице Косов сделал в 1947 году — в день ее последнего госэкзамена. Вскоре после этого Елена стала женой Николая.
В те годы, сразу после войны, страна нуждалась в разведчиках-профессионалах — особенно в женщинах. Готовилась атомная война: мы знали достоверно, что примерно в апреле 1949 года США хотят скинуть на Советский Союз бомбу. И перед нами стояла задача — ни много ни мало спасти родину, так что мы не могли думать ни о чем другом — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
Свои люди в ООН
Проработав два года на американском направлении отдела «В» Комитета информации (так тогда называлась внешняя разведка), Косова в компании супруга отправилась в первую в своей жизни зарубежную командировку — в США. При этом Николай, получивший позывной Ян, ехал в Америку как корреспондент ТАСС.
В то же агентство планировали пристроить и Елену, которой присвоили оперативный псевдоним Анна, но не вышло.
В Москве меня официально оформили сотрудницей отделения ТАСС в Нью-Йорке. Но в месте назначения выяснилось: для того чтобы освободить мне место в представительстве ТАСС, должны были уволить негритянку, а у нее двое или трое детей. Я отказалась
Из воспоминаний разведчицы Елены КосовойВ итоге Елена, которая, по легенде, окончила институт тихоокеанских отношений, стала первой женщиной — сотрудницей советской делегации при ООН, специалистом по защите прав женщин. Одновременно Косова стала исполнять обязанности оперативного секретаря советской резидентуры — предшественнице Елены пришлось вернуться в СССР из-за болезни мужа.
Здание ООН в Нью-Йорке
Косовой пришлось срочно осваивать искусство быстрого набора на печатной машинке, попутно занимаясь переводом многочисленных справок и донесений. А немногим позже Елене поступило предложение, которое для нее как для разведчицы стало редкой удачей.
Через некоторое время меня рекомендовали на работу в штаб-квартиру одной из крупных международных организаций (ООН — прим. «Ленты.ру»). Поручили мне африканский участок по несамоуправляемым территориям. И я выступала с докладами, делала анализ и вообще выполняла свою официальную работу так, что никто не мог придраться — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
На тот момент Елена была единственной советской женщиной в штате организации. Поначалу она работала в отдельном кабинете без двери, куда периодически наведывались любопытные коллеги — посмотреть на новичка. В подчинении у Косовой — международного чиновника — оказались сотрудники из Австрии, Польши, Китая и Великобритании.
Работали вместе с Еленой и другие советские разведчики: опасаясь прослушки, в здании штаб-квартиры они никогда не обсуждали ничего, связанного с их тайной деятельностью, или же использовали шифры. А после рабочего дня в ООН они садились в машину Косовой и ехали в резидентуру при генконсульстве СССР, где на втором этаже была комната с радистом.
Разведка по-женски
По легенде для сотрудников генконсульства, Косова заведовала там архивом экономического отдела. На деле же она входила в группу легенды научно-технической разведки Владимира Барковского — одного из лучших охотников за ядерными секретами.
Он мне давал поручения — скажем, напечатать письмо в перчатках, в другом районе бросить в определенном месте, с кем-то встретиться — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
По некоторым данным, деятельность Елены была связана со знаменитыми советскими агентами Моррисом и Леонтиной Коэн, письма которых хранились в семейном архиве Косовых наряду с тюремными рисунками другой легенды советской разведки — Рудольфа Абеля (Вильяма Фишера).
Между тем в должностные обязанности Косовой как сотрудника ООН входили контакты с представителями делегаций других западных стран. Одна из иностранных чиновниц была ценным осведомителем советской резидентуры, но, опасаясь за свою репутацию, не хотела общаться с мужчинами-разведчиками.
Поэтому кандидатура Косовой на роль ее куратора пришлась как нельзя кстати
Во время своих встреч женщины разыгрывали настоящие спектакли — на тот случай, если окажутся в поле зрения американской контрразведки. Например, в торговом центре одна из них поднималась на эскалаторе, а другая спускалась.
Поравнявшись друг с другом, они изображали удивление от «случайной» встречи и обменивались быстрым рукопожатием. Этого вполне хватало для передачи шифровок со сверхважной для СССР информацией о позициях стран-членов НАТО по большинству мировых проблем. После обработки эти данные незамедлительно передавались в Москву.
Косова в свою очередь снабжала свою осведомительницу инструкциями от Центра и списком интересующих Советский Союз вопросов. При этом встречались они и в других местах.
Общение двух дам, их «случайные» встречи в кафетерии, магазине, в дамских комнатах на разных этажах [торговых центров] и в парикмахерской ни у кого не вызывали подозрений — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
«В случае опасности уничтожить материалы»
Примерно по той же схеме разведчица Косова встречалась еще с одним информатором — сотрудницей важного американского госучреждения, которая дважды в неделю снабжала Елену весьма ценной информацией. В ходе этих встреч Косова была предельно осторожна: все шифровки-видеопленки внутри специальных капсул она всегда была готова уничтожить.
Для этого ей всего лишь требовалось нажать специальную кнопку на автомобильной пепельнице — и все ее содержимое быстро сгорало. Пару раз Елене едва не пришлось прибегнуть к этому методу: один раз в тоннеле ее остановил полицейский — и рука разведчицы потянулась к пепельнице.
Американские полицейские измеряют скорость на дороге. Штат Коннектикут, 19 июня 1947 года
Фото: Carl Nesensohn / AP
К счастью, угроза оказалась ложной: страж порядка всего лишь сообщил, что на дороге образовалась пробка, и попросил Косову немного подождать. В следующий раз ей пришлось волноваться, когда во время похода в кино она получила от мужа секретные документы, которые нужно было везти в другой штат. Но по пути Косова нарушила ПДД, и ее остановил полицейский.
Я знала, что, по инструкции, в случае опасности полагалось уничтожить материалы. Но, разумеется, такой поворот событий меня не устраивал — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
Мило улыбнувшись, Елена соврала стражу порядка, что опаздывает на собственную свадьбу, — тот поверил и отпустил ее, сказав впредь не нарушать ПДД. Впрочем, порой разведчице приходилось по-настоящему рисковать своей жизнью: однажды у нее случился странный сердечный приступ — а потом, на обследовании, у нее нашли заболевание щитовидной железы.
Косовой требовалась госпитализация, но та от нее категорически отказалась — испугалась, что спецслужбы смогут разговорить ее в больнице, тайно введя «сыворотку правды».
Есть такое понятие, как talking drug — человека «раскалывают» с помощью лекарственных препаратов. Дают таблетки — и он отвечает на любые вопросы. Потому нам, разведчикам, запрещалось проходить даже медобследование без присутствия наших докторов — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
К счастью, Елене удалось справиться с проблемами со здоровьем без госпитализации. Но в итоге все опасения были напрасны: старший лейтенант Косова, едва ли не единственная из всех сотрудников советского посольства, была вне подозрений — казалось, она всегда находилась в слепой зоне для американской контрразведки.
«Мы понимали друг друга по глазам»
Удивительной незаметностью Косовой решили воспользоваться в резидентуре, когда узнали, что одному из советских разведчиков-нелегалов в США грозит опасность. Согласно оперативной информации, его должны были задержать на встрече с представителем советского дипкорпуса в одном из парков соседнего штата — речь об этом шла в начале статьи.
К подобной встрече вообще готовятся дня три. Смотрят, в какой ресторан человек зайдет, где его можно проверить, нет ли за ним хвоста. Но у меня не было на все это времени — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
Попытка заранее перехватить разведчика окончилась фиаско — и Косовой пришлось с риском для себя идти в парк, где на одной из аллей она, наконец, увидела свою цель. Подав нелегалу условные сигналы об опасности, Елена поспешила к своей машине, припаркованной на безлюдной улице, и отправилась обратно в Нью-Йорк.
Парк Риверсайд в Нью-Йорке
Фото: James Andrews1 / Shutterstock / Fotodom
А спасенный ею нелегал, для вида побродив по парку, покинул его, оставив ни с чем следивших за ним контрразведчиков. Дома Косову за игрой в шахматы дожидались ее супруг и некий советский резидент. О том, что все прошло хорошо, Елена известила мужа едва заметным кивком головы.
Мы никогда не говорили о нашей работе и вообще ни о чем таком с мужем. Если ему надо было знать, удачно ли я выполнила задание, я, вернувшись домой, слегка кивала ему головой. Мы научились понимать друг друга без слов — только по глазам — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
Супруги Косовы проработали в США семь лет: в 1956 году беременная Елена вернулась в Москву — рожать в Штатах разведчица не хотела из-за того, что ее ребенок позже должен был бы служить в американской армии. Но после рождения сына Коли помочь Косовой было некому — ее мать болела и не могла позаботиться о внуке.
Поэтому Елена решила уйти в трехлетний отпуск, чтобы посвятить себя воспитанию ребенка. Ей предложили уволиться с возможностью восстановления на службе в любое время, и Косова согласилась. До восьми лет Коля думал, что его мама работает поваром, а случайно узнав правду о работе родителей, как настоящий потомок разведчиков никому не выдал секрет.
Бюст для «железной леди»
Несмотря на то что Косова официально не вернулась на работу в разведку, она не раз помогала своему супругу на его секретной работе. В частности, Елена неоднократно выручала Николая во время их семейной командировки в Нидерланды, где Косов для прикрытия получил должность дипломата.
Резкий карьерный рост Косова, который из корреспондента ТАСС стал помощником советского посла, насторожил голландскую контрразведку — и за супругами установили наблюдение. Однако Николай все равно умудрялся добывать важную для Советского Союза информацию, часто не без помощи Елены.
Николай Косов — муж Елены Косовой
Изображение: книга «Внешняя разведка СССР – России. 1946–2020 годы. История, структура и кадры»
Та знакомилась с женами потенциальных агентов и оценивала их семьи на предмет возможного сотрудничества.
Если мы были на приеме, муж просил подойти к такой-то паре, познакомиться и разговорить их — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
Между тем, находясь в Нидерландах, Елена Косова нашла свое второе призвание — она решила стать скульптором. Во время следующей командировки — в Будапешт, куда Николая Косова на 12 лет направили в качестве представителя КГБ в Венгрии — 50-летняя Елена нашла себе преподавателя лепки и быстро добилась успеха в этом искусстве.
Портреты людей созданы [Косовой] с захватывающей дух виртуальной реальностью и осязаемостью. Елена поражает умением передавать внутреннее содержание образов — Илона Бретшанская, венгерский искусствовед
В восторге от творчества Елены Косовой осталась и британский премьер Маргарет Тэтчер: бюст «железной леди» разведчица преподнесла ей в подарок при личной встрече. У Косовой, которая в 1984 году вступила в Союз художников СССР, состоялось 12 персональных выставок. 60 ее работ хранятся в музеях России, Венгрии, Франции и Германии.
Лепила Косова и бюсты своих коллег: за работы, посвященные Владимиру Барковскому и разведчице Зое Воскресенской-Рыбкиной, в 2010 году Елена была удостоена премии Службы внешней разведки (СВР) в области искусства и литературы.
***
В июле 2005 года в жизнь Елены Косовой пришла беда — она потеряла своего верного спутника жизни Николая Косова, которого не стало в возрасте 83 лет.
Он был самый дорогой для меня человек, хотя мы, конечно же, иногда ругались. Мы, наверное, из той древнегреческой легенды об андрогине, которого разделили на две половинки — Из воспоминаний разведчицы Елены Косовой
Елена пережила любимого мужа почти на десять лет: она ушла из жизни 21 февраля 2014 года в возрасте 89 лет. Свой последний приют Косова нашла рядом с другими знаменитыми разведчиками на Троекуровском кладбище Москвы.