Верховный суд пересмотрел дело «Исети». Почему?
Генпрокуратуре не удалось доказать, что экс-владелец национализированного завода «Исеть» получил его в 1990-х незаконно, будучи депутатом, решил Верховный суд. Дело, которое юристы называют «уникальным», ушло на новое рассмотрение
![](https://image2.thematicnews.com/uploads/images/67/32/13/42024/07/19/f54df6f401.jpg)
Фото: сервис Google Street View
В конце июня коллегия по гражданским делам Верховного суда России отменила решение о национализации контрольного пакета акций завода «Исеть» и отправила дело на повторное рассмотрение в Ленинский районный суд Екатеринбурга. Сейчас более 80% предприятия находится в собственности госкорпорации «Ростех», но у бывшего владельца компании, уральского предпринимателя Малика Гайсина, появился шанс оспорить изъятие. Решение Верховного суда о повторном рассмотрении дела о национализации уникально для современной российской юридической практики, считают опрошенные РБК юристы.
РБК ознакомился с текстом определения Верховного суда, подлинность документа подтвердил президент Союза адвокатов России Игорь Трунов, принимавший участие в его рассмотрении.
Почему Верховный суд вернул дело на новое рассмотрение и какие перспективы теперь видят юристы — разбирался РБК.
Предъявленные Гайсину претензии, на основании которых и произошло изъятие «Исети» в пользу государства, основывались на следующем: Генпрокуратурой был «выявлен факт нарушения требований антикоррупционного законодательства бывшим депутатом»: тот «установил контроль над заводом «Исеть» посредством приобретения 55,3% капитала». «Контроль над указанным предприятием фактически был приобретен ответчиком Гайсиным М.Ф. в нарушение требований и ограничений, действовавших в период осуществления им полномочий депутата Госдумы», — указывало обвинение.
Ленинский районный суд Екатеринбурга в марте прошлого года указал, что действия по приобретению акций и формированию контрольного пакета акций «являются актами коррупции, подрывающими демократические институты и ценности, этические ценности и справедливость, наносят ущерб устойчивому развитию и правопорядку и, поскольку прокурор обращается с иском о защите нематериального блага, соответственно, на данные требования исковая давность не распространяется». С этими выводами согласились апелляционная и кассационная инстанции. В минувшем мае были опубликованы указы президента Владимира Путина и распоряжение правительства о передаче акций «Исети» в капитал «Ростеха» в качестве имущественного взноса. На момент передачи госкорпорация уже владела 24,78% предприятия через АО «РТ — Проектные технологии», сейчас доля госкорпорации в оборонном заводе превышает 80%.
Еще одна претензия, ставшая поводом для возбуждения уже уголовного дела, касается гособоронзаказа, который «Исеть» сорвала. На Гайсина завели дело о злоупотреблении полномочиями (ст. 201 УК РФ), растрате в особо крупном размере (ч. 4 ст. 160 УК РФ) и присвоении (хищении) чужого имущества (ч. 1 ст. 160 УК РФ). Следствие считает, что бизнесмен в 2016–2018 годах выдал подконтрольным ООО «Уралтрейдконсалтинг» и ООО «Средуралинвест-МТ» займы на общую сумму 333 млн руб. чем причинил ущерб оборонному предприятию и государству, так как доля в «Исети» (24,78%) уже тогда принадлежала «Ростеху». В 2018–2019 годах он выдал займы на 22,8 млн руб. Березовскому хлебокомбинату, Копейскому хлебокомбинату, Первоуральскому хлебокомбинату и Сысертскому хлебокомбинату, которые также принадлежали самому Гайсину. По данным следствия, деньги впоследствии были выведены на счета в банке «Вятич». Бизнесмену грозит до 15 лет лишения свободы.
Еще один иск надзорного органа касался изъятия у Гайсина «Уралбиофарма», банка «Вятич» и долей в «Вагране» и «Актай-М». Их Ленинский районный суд Екатеринбурга изъял в августе прошлого года. В силу решение не вступило, так как находится на рассмотрении в апелляционной инстанции.
Чем занимается «Исеть»
ОАО «Уральский завод электрических соединителей «Исеть» создан в 1970 году. Производит электрические и оптические соединители (устройства для соединения электрических и оптоволоконных сетей) для оборонно-промышленного комплекса и гражданских отраслей. За последние четыре года завод генерировал выручку около 1 млрд руб.: в 2020-м она составила 944,9 млн руб., в 2021 году — 983 млн руб., в 2022-м показатель вырос до 1,2 млрд руб., а в прошлом году — до 1,97 млрд руб.
Прибыль завода все это время росла: так, в 2021 году она составила 208,6 млн руб., в 2022-м — 212 млн руб., а в прошлом году — 229,8 млн руб. Сам Гайсин объяснял срыв госконтрактов резким ростом объема заказов, к которому «Исеть» не была готова.
Так, до 8 июля 1999 года запрета на участие депутатов в органах управления юридических лиц не существовало; до 25 декабря 2008-го (до принятия федерального закона «О противодействии коррупции») не было запрета на владение депутатами ценными бумагами, а обязанность передачи последних в доверительное управление возникала только при наличии конфликта интересов.
Исходя из буквального толкования закона о статусе депутата (норма действовала в 1994–1999 годах) депутат не считался госслужащим, поэтому на него не распространялся указ президента России «О борьбе с коррупцией в системе госслужбы», в котором говорится, что служащим госаппарата запрещено заниматься предпринимательской деятельностью.
По мнению судебной коллегии, размер исковых требований, заявленных прокурором, не мотивирован, а доказательства незаконного получения Гайсиным доходов в 1996–2000 годах не представлено. При этом в пользу государства, согласно п. 2 ст. 235 ГК РФ, может быть взыскана только разница между отраженными в отчетности доходами и фактической стоимостью имущества обвиняемого.
В Верховном суде также посчитали противоречащим Конституции отказ от применения сроков давности при рассмотрении дела, так как к нематериальным благам, исходя из ГК РФ, относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, личная и семейная тайна, имя, авторство и иные блага, принадлежащие гражданину. При этом прокуратура обратилась в суд за защитой интересов общества и государства.
Верховный суд посчитал, что нарушения норм права, допущенные нижестоящими судами, не могут быть устранены без нового рассмотрения дела.
С коллегой соглашается Николай Титов, соучредитель юридической компании a.t.Legal. «Указы президента России и главы правительства о передаче акций «Исети» «Ростеху» не утратили своей силы, поскольку не были предметом рассмотрения по делу и не были отменены в установленном порядке», — говорит он.
Груздев отметил, что для отмены указа главы государства нет формальных оснований: документ опубликован после вступления в силу решения суда об изъятии акций «Исети», когда Российская Федерация уже стала их собственником. «Поэтому президент России имел право ими распоряжаться», — объясняет юрист.
По словам Груздева, «Ростех» остается собственником переданных ему акций, так как регистратор внес запись, что те принадлежат госкорпорации, в реестр акционеров. «Причина в том, что по российскому закону собственник именных эмиссионных ценных бумаг — лицо, которое значится в реестре акционеров. Такое лицо сейчас «Ростех», — говорит он.
Антон Солощенко, управляющий партнер экспертной компании «АльфаПро», согласен, что отменить указ президента России можно только в особом порядке. «Возникла коллизия, в которой указ продолжает действовать, а бывшему владельцу предоставлено право на поворот решения суда. Скорее всего, суд будет откладывать возврат акций до вынесения нового решения в первой инстанции», — говорит он. Эксперт также отмечает, что Генпрокуратура может ходатайствовать об обеспечительных мерах в виде запрета на переход права собственности на акции. Поэтому «Ростех» продолжит управлять заводом во время повторного рассмотрения дела.
Главный вопрос — какое решение примут нижестоящие суды при повторном рассмотрении дела. «Если они откажут Генпрокуратуре в изъятии акций в федеральную собственность, сложится ситуация, при которой предыдущий акционер «как бы» и не терял право собственности на акции. Такой акционер сможет потребовать от «Ростеха» добровольного возврата акций. Если «Ростех» откажется, акционер завода сможет выйти к «Ростеху» с иском о виндиции ценных бумаг и возврате их в его собственность», — говорит Груздев.
«Мы видим, что прокуратура использует в своей работе широкий веер оснований: экологические претензии, порядок приватизации, отсутствие доказательств о законности доходов, на которые приобретено имущество. Судя по открытым источникам, именно последняя ситуация разбиралась Верховным судом в деле Гайсина. При этом срок исковой давности по таким спорам, также рассмотренный коллегией судей, имеет более универсальное значение и применим, вероятно, к большинству исков Генпрокуратуры», — говорит партнер адвокатского бюро NSP Роман Макаров.
Юрист полагает, что по некоторым делам, например схожему по заявленной прокуратурой правовой квалификации делу «Макфы» (в мае Центральный районный суд Челябинска по иску Генпрокуратуры передал в доход государства акции компании из-за того, что ее собственники работали на ключевых должностях региональных и федеральных органов власти), позиция Верховного суда будет иметь значение для нижестоящих судов. Партнер NSP считает, что шансы на возвращение акций Гайсина есть, несмотря на то что на стороне Генпрокуратуры аппаратный вес и «общий стиль» рассмотрения таких дел. «Есть и менее громкие дела, где прокуратура проигрывала суды, в том числе по приватизации земли, в том числе в популярном Завидово. Но это первый на моей памяти прецедент позитивного для ответчика рассмотрения дела в Верховном суде», — сказал Макаров.
Евгений Розенблат, руководитель практики сложных судебных споров Московской коллегии адвокатов «Аронов и партнеры», говорит, что определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда можно обжаловать в его президиуме в порядке надзора, для чего необходимо подать надзорную жалобу в течение трех месяцев со дня вступления обжалуемого определения в законную силу. Впрочем, случаи удовлетворения крайне редки. Несмотря на то что правительство, Минпромторг, Росимущество и «Ростех» не были сторонами спора или третьими лицами, они вправе пытаться оспорить определение, если приведут убедительное обоснование, что их права и законные интересы нарушены этим судебным постановлением.
![](https://image2.thematicnews.com/uploads/images/67/32/13/42024/07/19/f54df6f401.jpg)
Фото: сервис Google Street View
В конце июня коллегия по гражданским делам Верховного суда России отменила решение о национализации контрольного пакета акций завода «Исеть» и отправила дело на повторное рассмотрение в Ленинский районный суд Екатеринбурга. Сейчас более 80% предприятия находится в собственности госкорпорации «Ростех», но у бывшего владельца компании, уральского предпринимателя Малика Гайсина, появился шанс оспорить изъятие. Решение Верховного суда о повторном рассмотрении дела о национализации уникально для современной российской юридической практики, считают опрошенные РБК юристы.
РБК ознакомился с текстом определения Верховного суда, подлинность документа подтвердил президент Союза адвокатов России Игорь Трунов, принимавший участие в его рассмотрении.
Почему Верховный суд вернул дело на новое рассмотрение и какие перспективы теперь видят юристы — разбирался РБК.
Как национализировали «Исеть»
Малик Гайсин в 1990-х считался одним из крупнейших бизнесменов Урала, баллотировался в губернаторы Свердловской области в 1995 году, тогда же избрался в Госдуму (с 4 января 1996 по 18 января 2000 года был депутатом, членом комитета Госдумы по бюджету, налогам, банкам и финансам). В 2000-х ушел из публичной политики. До ареста в минувшем марте был гендиректором «Исети». Ему принадлежат фармацевтическая компания «Уралбиофарм», коммерческий банк «Вятич», несколько хлебокомбинатов и компаний в других отраслях.Предъявленные Гайсину претензии, на основании которых и произошло изъятие «Исети» в пользу государства, основывались на следующем: Генпрокуратурой был «выявлен факт нарушения требований антикоррупционного законодательства бывшим депутатом»: тот «установил контроль над заводом «Исеть» посредством приобретения 55,3% капитала». «Контроль над указанным предприятием фактически был приобретен ответчиком Гайсиным М.Ф. в нарушение требований и ограничений, действовавших в период осуществления им полномочий депутата Госдумы», — указывало обвинение.
Ленинский районный суд Екатеринбурга в марте прошлого года указал, что действия по приобретению акций и формированию контрольного пакета акций «являются актами коррупции, подрывающими демократические институты и ценности, этические ценности и справедливость, наносят ущерб устойчивому развитию и правопорядку и, поскольку прокурор обращается с иском о защите нематериального блага, соответственно, на данные требования исковая давность не распространяется». С этими выводами согласились апелляционная и кассационная инстанции. В минувшем мае были опубликованы указы президента Владимира Путина и распоряжение правительства о передаче акций «Исети» в капитал «Ростеха» в качестве имущественного взноса. На момент передачи госкорпорация уже владела 24,78% предприятия через АО «РТ — Проектные технологии», сейчас доля госкорпорации в оборонном заводе превышает 80%.
Еще одна претензия, ставшая поводом для возбуждения уже уголовного дела, касается гособоронзаказа, который «Исеть» сорвала. На Гайсина завели дело о злоупотреблении полномочиями (ст. 201 УК РФ), растрате в особо крупном размере (ч. 4 ст. 160 УК РФ) и присвоении (хищении) чужого имущества (ч. 1 ст. 160 УК РФ). Следствие считает, что бизнесмен в 2016–2018 годах выдал подконтрольным ООО «Уралтрейдконсалтинг» и ООО «Средуралинвест-МТ» займы на общую сумму 333 млн руб. чем причинил ущерб оборонному предприятию и государству, так как доля в «Исети» (24,78%) уже тогда принадлежала «Ростеху». В 2018–2019 годах он выдал займы на 22,8 млн руб. Березовскому хлебокомбинату, Копейскому хлебокомбинату, Первоуральскому хлебокомбинату и Сысертскому хлебокомбинату, которые также принадлежали самому Гайсину. По данным следствия, деньги впоследствии были выведены на счета в банке «Вятич». Бизнесмену грозит до 15 лет лишения свободы.
Еще один иск надзорного органа касался изъятия у Гайсина «Уралбиофарма», банка «Вятич» и долей в «Вагране» и «Актай-М». Их Ленинский районный суд Екатеринбурга изъял в августе прошлого года. В силу решение не вступило, так как находится на рассмотрении в апелляционной инстанции.
Чем занимается «Исеть»
ОАО «Уральский завод электрических соединителей «Исеть» создан в 1970 году. Производит электрические и оптические соединители (устройства для соединения электрических и оптоволоконных сетей) для оборонно-промышленного комплекса и гражданских отраслей. За последние четыре года завод генерировал выручку около 1 млрд руб.: в 2020-м она составила 944,9 млн руб., в 2021 году — 983 млн руб., в 2022-м показатель вырос до 1,2 млрд руб., а в прошлом году — до 1,97 млрд руб.
Прибыль завода все это время росла: так, в 2021 году она составила 208,6 млн руб., в 2022-м — 212 млн руб., а в прошлом году — 229,8 млн руб. Сам Гайсин объяснял срыв госконтрактов резким ростом объема заказов, к которому «Исеть» не была готова.
Почему Верховный суд принял решение о повторном рассмотрении
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда, согласно тексту определения, посчитала, что решения нижестоящих судов приняты «с существенным нарушением норм права».Так, до 8 июля 1999 года запрета на участие депутатов в органах управления юридических лиц не существовало; до 25 декабря 2008-го (до принятия федерального закона «О противодействии коррупции») не было запрета на владение депутатами ценными бумагами, а обязанность передачи последних в доверительное управление возникала только при наличии конфликта интересов.
Исходя из буквального толкования закона о статусе депутата (норма действовала в 1994–1999 годах) депутат не считался госслужащим, поэтому на него не распространялся указ президента России «О борьбе с коррупцией в системе госслужбы», в котором говорится, что служащим госаппарата запрещено заниматься предпринимательской деятельностью.
По мнению судебной коллегии, размер исковых требований, заявленных прокурором, не мотивирован, а доказательства незаконного получения Гайсиным доходов в 1996–2000 годах не представлено. При этом в пользу государства, согласно п. 2 ст. 235 ГК РФ, может быть взыскана только разница между отраженными в отчетности доходами и фактической стоимостью имущества обвиняемого.
В Верховном суде также посчитали противоречащим Конституции отказ от применения сроков давности при рассмотрении дела, так как к нематериальным благам, исходя из ГК РФ, относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, личная и семейная тайна, имя, авторство и иные блага, принадлежащие гражданину. При этом прокуратура обратилась в суд за защитой интересов общества и государства.
Верховный суд посчитал, что нарушения норм права, допущенные нижестоящими судами, не могут быть устранены без нового рассмотрения дела.
Что говорят юристы
Постановление суда создало «интересную правовую коллизию», считает юрист Forward Legal Олесь Груздев. «Само по себе определение Верховного суда не отменяет акты президента России. Для этого есть принудительная процедура, когда Верховный суд вправе их отменить, если они противоречат закону или Конституции, но не в рамках кассационного обжалования судебных актов по спору», — поясняет он.С коллегой соглашается Николай Титов, соучредитель юридической компании a.t.Legal. «Указы президента России и главы правительства о передаче акций «Исети» «Ростеху» не утратили своей силы, поскольку не были предметом рассмотрения по делу и не были отменены в установленном порядке», — говорит он.
Груздев отметил, что для отмены указа главы государства нет формальных оснований: документ опубликован после вступления в силу решения суда об изъятии акций «Исети», когда Российская Федерация уже стала их собственником. «Поэтому президент России имел право ими распоряжаться», — объясняет юрист.
По словам Груздева, «Ростех» остается собственником переданных ему акций, так как регистратор внес запись, что те принадлежат госкорпорации, в реестр акционеров. «Причина в том, что по российскому закону собственник именных эмиссионных ценных бумаг — лицо, которое значится в реестре акционеров. Такое лицо сейчас «Ростех», — говорит он.
Антон Солощенко, управляющий партнер экспертной компании «АльфаПро», согласен, что отменить указ президента России можно только в особом порядке. «Возникла коллизия, в которой указ продолжает действовать, а бывшему владельцу предоставлено право на поворот решения суда. Скорее всего, суд будет откладывать возврат акций до вынесения нового решения в первой инстанции», — говорит он. Эксперт также отмечает, что Генпрокуратура может ходатайствовать об обеспечительных мерах в виде запрета на переход права собственности на акции. Поэтому «Ростех» продолжит управлять заводом во время повторного рассмотрения дела.
Главный вопрос — какое решение примут нижестоящие суды при повторном рассмотрении дела. «Если они откажут Генпрокуратуре в изъятии акций в федеральную собственность, сложится ситуация, при которой предыдущий акционер «как бы» и не терял право собственности на акции. Такой акционер сможет потребовать от «Ростеха» добровольного возврата акций. Если «Ростех» откажется, акционер завода сможет выйти к «Ростеху» с иском о виндиции ценных бумаг и возврате их в его собственность», — говорит Груздев.
«Мы видим, что прокуратура использует в своей работе широкий веер оснований: экологические претензии, порядок приватизации, отсутствие доказательств о законности доходов, на которые приобретено имущество. Судя по открытым источникам, именно последняя ситуация разбиралась Верховным судом в деле Гайсина. При этом срок исковой давности по таким спорам, также рассмотренный коллегией судей, имеет более универсальное значение и применим, вероятно, к большинству исков Генпрокуратуры», — говорит партнер адвокатского бюро NSP Роман Макаров.
Юрист полагает, что по некоторым делам, например схожему по заявленной прокуратурой правовой квалификации делу «Макфы» (в мае Центральный районный суд Челябинска по иску Генпрокуратуры передал в доход государства акции компании из-за того, что ее собственники работали на ключевых должностях региональных и федеральных органов власти), позиция Верховного суда будет иметь значение для нижестоящих судов. Партнер NSP считает, что шансы на возвращение акций Гайсина есть, несмотря на то что на стороне Генпрокуратуры аппаратный вес и «общий стиль» рассмотрения таких дел. «Есть и менее громкие дела, где прокуратура проигрывала суды, в том числе по приватизации земли, в том числе в популярном Завидово. Но это первый на моей памяти прецедент позитивного для ответчика рассмотрения дела в Верховном суде», — сказал Макаров.
Евгений Розенблат, руководитель практики сложных судебных споров Московской коллегии адвокатов «Аронов и партнеры», говорит, что определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда можно обжаловать в его президиуме в порядке надзора, для чего необходимо подать надзорную жалобу в течение трех месяцев со дня вступления обжалуемого определения в законную силу. Впрочем, случаи удовлетворения крайне редки. Несмотря на то что правительство, Минпромторг, Росимущество и «Ростех» не были сторонами спора или третьими лицами, они вправе пытаться оспорить определение, если приведут убедительное обоснование, что их права и законные интересы нарушены этим судебным постановлением.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.