Юрист Сопельник: дыра в законах не дает родителям погибших на СВО списать кредиты
Женщина на кладбище в Луганске
Александр Гальперин/РИА Новости
Если россиянин ушел на СВО, то его родные могут списать с себя кредиты. Однако банки по всей стране отказываются «простить» долги самым близким военных — их родителям. Кредиторы нашли лазейку в законах, которая позволяет не считать матерей и отцов «членами семьи» бойцов СВО. С них по-прежнему требуют крупные суммы, несмотря на то, что многие родители — пенсионеры и брали кредиты, чтобы помочь сыновьям. Как матери погибших остаются один на один с огромными долгами и что за разночтение есть в законах — разбиралась «Газета.Ru».
«Мы из небольшого иркутского поселка, здесь практически нет работы для мужиков. У сына жена, четверо детишек, одного он усыновил. Всех кормить надо, учить надо, миллион надо», — так 55-летняя Ирина (имя изменено) объясняет корреспонденту «Газеты.Ru», почему ее 35-летний сын подписал контракт на СВО.
«Я-то и не знала, что он пойдет туда. Скрывали до последнего от меня», — с горечью уточняет женщина.
Год назад, в марте 2025-го, мужчина погиб на фронте. Семья получила положенные выплаты, однако на матери остались кредиты. Еще до того, как сын ушел на СВО, она взяла их на свое имя, чтобы поддержать его.
«Это при царе Горохе взятые когда-то кредиты, я сыну брала. Потом заболела, не платила, и он не платил, и так все это и повисло», — уточняет Ирина.
По закону семьям погибших военных могут списать задолженности — это одна из мер господдержки. Ирина должна в общей сложности около 400 тысяч рублей, однако списать долги ей не дают. И в банке, и в кредитной организации женщине заявили, что официально она не «член семьи» военного. Оказывается, в российских законах существует лазейка, которую теперь используют кредиторы.
«В банке девочка, которая принимала обращение, сразу сказала: «Родителям мы не списываем». Я такая далеко не первая пришла… Банку я должна 44 тысячи, другой организации где-то 344 тысячи… Коллекторы последней еще и начали торговаться со мной: «Ну, давайте тогда хоть двести тысяч принесете». Я говорю, я и двести не дам!» — возмущается Ирина.
Когда женщина это рассказывает, в ее голосе слышатся слезы. Особенно обидно матери, что при этом долги могли бы закрыть вдове ее сына. Насчет жен в законодательстве нет разночтений, и то, что они «члены семьи» военнослужащего, никто не оспаривает.
«У нее [вдовы сына] уже новая жизнь, новый дружок, она уже практически все забыла. Понятно, дева молодая, я не осуждаю. А я осталась старая, со своими слезами и болячками… Какие-то рамки приличия ведь должны быть? Почему мама, которая родила, воспитывала, растила сына, теперь, получается, у нас не член семьи? Это как так?» — растерянно спрашивает Ирина.
Списать долги не получается даже у самих сотрудников банков. Одна из таких — 66-летняя Ольга (имя изменено). Ее 44-летний сын подписал контракт под давлением своей возлюбленной, как считает мать. Четыре месяца назад он пропал без вести. Пенсионерка должна своему же банку 780 тыс. рублей. Чтобы помочь сыну, она брала ипотечный кредит.
«Я взяла кредит на себя, поскольку больше 30 лет проработала в банке и у меня были меньше проценты. Я его брала еще в 2025 году, когда мы и не думали, что он уйдет на СВО… Это так быстро произошло, я даже не знала, что он подписал контракт. Только через неделю [после заключения контракта] он написал мне и брату: «Я на СВО», — вспоминает Ольга в беседе с «Газетой.Ru». — Армейская комиссия, которую он проходил, заключила, что он годен для ремонта машин как мастер. А попал он в штурма».
Сын пообещал матери присылать деньги на погашение кредита, но уже через месяц на фронте пропал без вести. С тех пор Ольга безуспешно пытается списать свой долг.
«Так как я работник банка, я немножко знаю все подноготную, законы. Я прочитала 377-й федеральный закон, где конкретно говорится про списание долгов военнослужащим и членам их семьи. Но не тут-то было. Банк мне отказал», — поражается Ольга.
Женщина не сдалась и послала жалобу президенту. Из президентской администрации ее направили в Центробанк. Когда пенсионерка обратилась туда — «все быстренько спустили обратно в мой же банк». Последний письменно повторил, что Ольге отказали «на законных основаниях».
«Замкнутый круг, ничего не добьешься, ничего не докажешь. Никто на своем уровне не хочет разбираться»,
— безнадежно заключает Ольга.
Как и Ирину, ее больше всего задевает то, что мать официально не признают членом семьи. По мнению Ольги, государство не должно допускать подобное в адрес семей, чьи сыновья добровольно пошли воевать.
«Обидели родителей. Мы воспитали достойных сыновей, он у меня не пил, он у меня положительный человек. Я его воспитывала для жизни, но он пошел защищать родину. Это его выбор как взрослого человека, но нас, родителей, просто выбросили. Банки-то, они совершенно не бедные. И насколько я знаю, при списании кредита военным эти суммы все равно компенсирует Министерство обороны, банк не в убытке», — подчеркивает Ольга.
Вся проблема — в федеральном законе №76 «О статусе военнослужащих», разъясняет «Газете.Ru» донецкий адвокат Владислав Сопельник, бесплатно консультирующий родственников военных. Этот закон определяет права и обязанности военнослужащих, а также «основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих и членов их семей». Вторая статья закона гласит, что к «членам семей военнослужащих» относятся следующие: супруга или супруг, несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения 18-летнего возраста, дети до 23 лет, обучающиеся очно, и лица на иждивении военного.
«И абсолютно не упоминаются родители, ни слова про них нет. Этот закон был принят в 1998 году, а теперь банки трактуют его буквально и ссылаются на него, чтобы не закрывать долги родителям героев», — отмечает юрист.
При этом формально банки действуют полностью законно, признает адвокат. После начала СВО в России приняли несколько новых законов касательно военных. Один из них — 377-й федеральный закон от 2022 года «Об особенностях исполнения обязательств по кредитным договорам (договорам займа) лицам, … принимающим участие в специальной военной операции, а также членам их семей».
«В случае гибели военнослужащего или если он признан инвалидом первой группы, безусловно, предусмотрено списание абсолютно любых его задолженностей, вне зависимости от момента возникновения долгового обязательств. Также на основании 2 статьи 377-го федерального закона члены семьи военнослужащего имеют право обратиться за списанием своих задолженностей», — говорит Сопельник.
Однако определяя, кто считается членом семьи военного, новый 377-й закон ссылается на старый 76-й закон. Таким образом, в законодательстве возникло разночтение. Тем временем родители погибших военных даже более социально беззащитны, чем их вдовы, и особенно нуждаются в поддержке государства, считает юрист.
«Это очень острая несправедливость. Именно родителям погибших военнослужащих надо списывать кредиты в первую очередь. Потому что супруга всегда может повторно выйти замуж, говоря откровенно, у несовершеннолетних детей априори не может быть кредитов, совершеннолетние дети могут сами заработать. А родители большинства военных, если только они не родили сына в 15 лет, уже пенсионеры, — рассуждает Сопельник. —Родители себе нового ребенка не родят. Они как минимум заслуживают благодарности со стороны государства. Это просто безумно звучит: родители — не члены семьи».
По словам специалиста, сейчас у родителей военных нет возможности защитить свои права и добиться закрытия долгов как членам семьи. Единственное, что они могут сделать — через суд признать себя иждивенцами, то есть, что они были под опекой сына, на его содержании, тогда им спишут кредиты. Но сами родители зачастую не хотят этого делать.
«Ну какой суд, какая опека?! Почему я должна идти в суд, обивать пороги. Я и так готовлюсь к худшему, мой сын был на Купянском направлении, я знаю, что там происходит… Честно говоря, у меня уже сил не осталось», — объясняет «Газете.Ru» Ольга.
С подобной проблемой сталкиваются родители по всей стране, об этом говорят «Газете.Ru» и адвокат, и матери военных, общающиеся между собой.
«У нас закредитованность в целом по стране высокая. Об этом свидетельствует статистика. Некоторые добровольцы в принципе заключают контракт, чтобы погасить долги, все это знают. Они же рассчитывают на все меры социальной поддержки», — говорит Сопельник.
По мнению юриста, ситуацию исправят только соответствующие поправки в законодательство.
«Хоть бы внесли какой-нибудь пунктик, всего лишь поправочку, чтобы помочь людям», — вздыхает Ирина.
«Многих людей это касается. Мы жалуемся, но один в поле не воин, как говорится. Если вы все это осветите где-то, может быть, что-то как-то сдвинется с места», — с надеждой предполагает Ольга.