Он поднял бунт в колонии и зашил себе рот. О его стойкости ходили легенды...

«Вор в законе» Сергей Бойцов по кличке «Боец» пользовался огромным влиянием из-за своих строгих принципов и умения их отстаивать. Тюремщики пытались сломать Бойца множество раз, а он готов был зашить себе рот, лишь бы не выполнять их приказы.
Невероятная жесткость характера сочеталась в нем с поэтическим даром и жаждой справедливости, что закономерно закончилось убийством на закате лихих 90-х.

Несостоявшийся поэт

Местом рождения одного из «самых принципиальных воров в законе» Сергея Бойцова (Боец) 16 октября 1960 года стал небольшой городок Зима в Иркутской области. Примечательно, что этот маленький населенный пункт подарил стране также актрису Марину Яковлеву и поэта Евгения Евтушенко. Сергей и сам писал стихи, многие из его современников признавали их весьма талантливыми.
По некоторым данным, прочитав творение Евтушенко, где тот слегка с пренебрежением отозвался о своих молодых земляках — мол, юные зимовчане смелы, лишь когда собираются толпой, — Боец сочинил поэтический ответ Евгению и отослал его адресату. И получил ответ: поэт высоко оценил способности Сергея и советовал тому развивать талант.
Легко Бойцу давались не только стихи: будучи подростком с очень непростым характером, в школе он учился хорошо, не ограничивая свои познания обязательными предметами. Особенно полюбилась юноше философия: книги он искал в местной библиотеке, а изучив их, любил подискутировать с окружающими на волнующие его темы. Да и научные дисциплины, входящие в учебный план, он схватывал на лету. Довольные успехами школьника учителя предрекали ему карьеру ученого.
Но они не угадали — их любимый ученик стал вором. Первый раз Сергей попался в 14 лет на банальной карманной краже. Однако от колонии для несовершеннолетних его тогда спасла отличная характеристика из школы. Суд учел успехи в учебе и 7 апреля 1975 года приговорил обвиняемого к одному году исправительных работ. Казалось бы, судьба дала Бойцу второй шанс, но тот им в итоге не воспользовался.
Исправлялся трудом Сергей всего четыре месяца, после чего вновь угодил в руки стражей порядка после налета на местный магазин. На этот раз избежать заключения ему не удалось: получив два года лишения свободы, Боец, вместо ожидаемых учителями университетов, отправился на нары. Освободился в 1977 году и вскоре сам стал жертвой преступления, которое так и осталось нераскрытым. Очень странного, надо признать.
Однажды, уже в сумерках, молодой человек ехал по городу на своем мотоцикле и не заметил, как перед ним оказалась выставленная из кустов спортивная рапира. Клинок, который прошил тело Бойца насквозь и прошел немного выше сердца, во время тяжелой операции извлекли медики. Пациент потерял много крови, но выжил.

Бунтарь в тюремной робе

Впрочем, после этого Боец на свободе пробыл недолго: годом позже, 9 марта 1978 года, он ввязался в кровавую драку. По некоторым данным, молодой человек вступился за свою девушку, которую пытались обидеть хулиганы, однако сам попал на скамью подсудимых по статье 206 УК РСФСР «Хулиганство». Кроме того, положение парня усугубило то, что при задержании у него обнаружили пистолет. Где Боец разжился огнестрельным оружием, он пояснять отказался. Приговор суда — три года лишения свободы — не вызвал у него никаких эмоций. Но случилось так, что на волю он вышел лишь 20 лет спустя.
Оказавшись за решеткой, Боец умудрился организовать бунт в колонии. Всего за год Сергей обзавелся большим авторитетом среди арестантов. Те зауважали его в первый же день, когда он содрал с робы нашивку с порядковым номером зэка и отказался от всяческих контактов с администрацией.
В момент, когда сокамерники бодро перечисляли заглянувшим в камеру надзирателям свои статьи УК, Бойцов стоял молча, а прямые вопросы к нему просто игнорировал. Работать арестант также напрочь отказывался. За такое неповиновение Боец был неоднократно бит и подолгу гостил в карцере. Но каждый раз, возвращаясь в камеру, он брался за старое. Кончилось все тем, что арестанты, воодушевленные таким примером, решили массово поддержать уважаемого ими бунтаря.
Восстание было успешно подавлено, а зачинщик снова попал под суд. Поскольку во время тех событий были серьезно ранены надзиратели, в качестве «подарка» к Новому году Бойцов получил солидную прибавку к сроку — 15 лет. Этот приговор был оглашен в Иркутском областном суде 28 декабря 1979 года.
Вскоре после вынесения сурового вердикта случилось еще одно неприятное для арестанта событие: его перевели в так называемую тобольскую крытку — одну из самых страшных тюрем СССР. О зверствах, которые творились в ее стенах, в преступном мире ходили легенды. По слухам, осматривая прибывших новичков на предмет проноса «запрещенки», тюремщики могли вырвать у зэка золотые коронки или, заставив испражняться в их присутствии, требовали, чтобы арестант промыл свои фекалии через сито.
Путешествие в карцер, которое и так лишено всякой радости, в Тобольской тюрьме и вовсе напоминало пытку времен инквизиции: перед отправкой в крошечную промозглую каморку, которая либо была по щиколотку полна ледяной воды, либо преднамеренно заселена крысами, провинившегося заключенного заставляли раздеваться догола. Смерть сидельцев никого не удивляла — такие происшествия запросто списывались на несчастный случай.

Из ада

Побывавшие в тобольской «крытке» зэки говорили, что у попавшего туда арестанта было два пути — сломаться или терпеть, закалив свой характер до предельного уровня. Учитывая все предыдущие события в жизни Бойца, неудивительно, что он выбрал второй путь. Закалки у него и так хватало: практически сразу после своего прибытия в тюрьму 23 июля 1980 года Сергей вступил, казалось бы, в неравный бой с одним из надзирателей, который принялся прессовать новичка. Для тюремщика это закончилось серьезной травмой головы, после которой он, по слухам, остался инвалидом, а дело Бойцова снова отправили в суд.
Содеянное им потянуло еще на 15 лет. Но, поскольку сроки не суммировались, а более короткий лишь поглощался более длинным, Сергею предстояло отсидеть все те же 15 лет. После суда Бойцов вернулся в Тобольск, где выяснилось, что его авторитет среди арестантов поднялся до невиданных доселе высот. И пусть в то время Боец еще не имел воровского титула, зэки нередко обращались к нему за советом или просили рассудить ту или иную ситуацию. Сергей никому не отказывал и не упускал момента даже в тюрьме предаваться философским рассуждениям.
Впрочем, стоит отметить, что такого почета Сергей удостоился и потому, что в спецкорпусе, где он отбывал срок, волей судьбы не осталось на тот период ни одного вора в законе. В противном случае конфликтов с ворами из-за непростого характера Бойцу избежать наверняка бы не удалось.
В 1985 году Боец принял непосредственное участие в решении судьбы дальневосточного авторитета Евгения Васина (Джем). Тот прибыл в тобольскую тюрьму уже проштрафившимся, самовольно провозгласив себя вором в законе. За это его ждала серьезная кара: проступок, согласно воровскому кодексу, карался смертью. Впрочем, не все арестанты жаждали крови Васина — одним из тех, кто заступился за него, оказался Боец. Он решил при помощи малявы — воровского послания — рассказать о происходящем грузинскому вору в законе по кличке Тото, который в то время считался одним из главных криминальных авторитетов.
Ознакомившись с раскладом, Тото решил все-таки вмешаться в конфликт, назревающий в тобольской «крытке». Именно благодаря его интересу «делом Васина» занялся воровской судья Дато Цихелашвили (Ташкентский), который в конечном итоге принял решение короновать Евгения. Долг Бойцу Джем отдал немногим позже — стал одним из его крестных отцов при посвящении в воры в законе.

Рамаз Дзнеладзе (Кутаисский) и Дато Цихелашвили (Ташкентский). 1995 год, Москва, СИЗО-2 «Бутырка»
Бойца вскоре после коронации Джема перевели в колонию сибирского поселка Горный, откуда он был этапирован в Новосибирск. Оказавшись в новом месте, Боец вновь принялся отстаивать свои принципы излюбленным методом — при помощи открытых конфликтов с надзирателями и тюремным начальством. Конечно, не обошлось без драк, в одной из них в феврале 1989-го опять пострадал надзиратель. Впрочем, на этот раз обошлось без увечий, и Бойцову добавили к сроку три года и отправили в Тулунскую тюрьму — место, где ломали самых непокорных авторитетов.

Доля воровская

Прибыв в Тулун, Боец угодил на знаменитый в исправительном учреждении четвертый этаж, выделенный тюремным начальством под непокорных преступников, в том числе и воров в законе. В отличие от тобольской «крытки», там были свои методы: например, Боец неоднократно пробегал «штрафную дистанцию» — расстояние от своей камеры до первого этажа через строй специально прибывших омоновцев, задача которых состояла в избиении бегущих арестантов резиновыми дубинками. Однако, несмотря на это, именно в Тулунской тюрьме Бойца ждало долгожданное событие — его короновали в воры в законе.
Случилось это не только благодаря его 15-летнему безупречному для воровской касты тюремному стажу, но и знакомству с «патриархом» уголовного мира Вячеславом Иваньковым (Япончик). Тот как раз мечтал установить свое влияние в Иркутской области, но понимал, что для этого ему нужны надежные ставленники, в идеале — местные авторитеты. Такими Япончику виделись Боец и его земляки: Александр Моисеев (Мася) — он был коронован Япончиком в 1989 году — и еще один вор в законе Владимир Соломинский (Солома). К слову, Мася также значился в числе крестных отцов Сергея (всего их было 12 человек).
Судьбы Бойца и Маси оказались переплетены не только по ту сторону закона: после гибели Моисеева в 1991 году Сергей сначала финансово помогал его жене и ребенку, а потом и вовсе женился на вдове друга. При этом знающие Бойца люди отмечали, что сделал это вор не только из-за любви к женщине, но еще и из-за чувства долга перед семьей усопшего товарища. Еще одним вором, причастным в коронации Бойца, был Владимир Орлов (Орел). Интересно, что спустя годы его протеже лишит Орла воровского титула.
Дело в том, что Боец всегда действовал по принципу «Платон мне друг, но истина дороже». Когда Орел начал вести себя неподобающим образом — например, стал общаться с вором-самозванцем, с которым конфликтовали Япончик и Боец, — последний тут же поставил воровской титул своего крестного отца под вопрос. Последней каплей, после которой Орел лишился титула, стала тюремная сходка, на которой воры спросили, кто, собственно, его короновал? Вопрос был задан неслучайно: в последнее время Орел увлекся алкоголем и сильно деградировал. Из двух крестных отцов он вспомнил только одного, после чего в итоге был с позором раскоронован.
Испытание централом
В 1993 году Боец был переведен в знаменитую тюрьму Владимирский централ. Там за него взялись с новой силой и усердием: тюремщики поставили себе задачу прицельно сломать именно этого вора, слухи о несгибаемой воли которого ходили по всем тюрьмам и колониям. Зная, что Боец на контакт с надзирателями однозначно не пойдет, те придумали способ, как почаще применять санкции к непокорному арестанту.
Его принялись постоянно назначать дежурным, в обязанности которого входило оглашать количество зэков в камере. Само собой, Боец даже не собирался подчиняться, каждый раз делая вид, что не замечает вошедших тюремщиков. Тем только того и надо было: раз за разом его скручивали и водворяли в карцер на 15 суток. А как только срок наказания истекал, Боец снова назначался дежурным — и все повторялось.

Реваз Цицишвили (Цицка) и Сергей Бойцов (Боец). 1993 год, тюрьма СТ-2 «Владимирский централ»
Неизвестно, сколько бы длилось противостояние вора и тюремного руководства, если бы не случай в 1995 году. К этому времени Боец сильно сдал в плане здоровья: из-за жуткого холода в карцере у него появились проблемы с суставами и начала отказывать левая рука. Надзиратели, предвкушая скорую победу, с намеченного пути не сворачивали и продолжали требовать от арестанта доклада.
Однажды они вошли в камеру и уже готовились отвести бунтаря в карцер, как вдруг увидели лицо Бойца и от неожиданности лишились дара речи: рот вора был зашит черными нитками. Изумленные такой силой духа тюремщики не стали больше его трогать.
Помимо противостояния тюремной администрации, Боец успевал решать рутинные вопросы в криминальном сообществе. Во Владимирском централе он пользовался огромным авторитетом и, даже находясь в карцере, умудрялся разрешать проблемы арестантов. Также он стал крестным отцом знаменитого вора в законе Александра Северова (Саша Север) — друга певца Михаила Круга, которому тот посвятил свою самую знаменитую песню «Владимирский централ».

Битва за Иркутск

Тем временем подошел срок, когда Бойцу следовало оказаться на свободе: стены тюрьмы он покинул в феврале 1998 года, когда ему уже было 37 лет. Первое время авторитет путешествовал по России: например, побывал во Владивостоке в гостях у Джема. Во время поездок Боец постепенно привыкал к новым жизненным реалиям — несмотря на то, что пик бандитских разборок миновал, времена по-прежнему оставались смутными. Присутствовала неразбериха и на криминальной арене родной Бойцу Иркутской области.
К власти там отчаянно стремились представители кавказского криминала; славянские авторитеты сопротивлялись как могли — но силы были не очень-то равны. Боец хорошо понимал, что Япончик не просто так короновал его: криминальный «патриарх» возлагал на надежного и бесстрашного крестника особые надежды. Боец, в свою очередь, старался оправдать все чаяния крестного отца — но к моменту своего освобождения он, по сути, остался один.
Масю убили в 1991 году: его автомобиль, начиненный взрывчаткой, взлетел на воздух на Падунской трассе города Братска. В 1995 году в Москве на Хорошевском шоссе расстреляли Солому. Еще один уроженец Иркутской области вор в законе Сергей Липчанский (Сибиряк) — тот самый, что в 1994 году собрал скандальную сходку криминальных элементов в Бутырке, — пропал без вести два года спустя. Верный друг Сибиряка Сергей Комаров (Комар) пытался было найти концы в этой истории. Но накануне встречи с частным детективом, которого Комар нанял для поисков приятеля, авторитет был расстрелян киллерами в подъезде своего дома в Петровско-Разумовском проезде.
Помимо напряженных отношений с кавказцами, Боец столкнулся и с неприязнью местных отморозков: молодая бандитская поросль отказывалась беспрекословно подчиняться даже такому авторитету, как он. К тому же все действия «братвы» нового поколения были направлены лишь на собственное обогащение, а не на противостояние захватчикам региона. Подобное отсутствие единых целей в итоге свело на нет все усилия Бойца по отвоевыванию Иркутской области у кавказского криминала.
Ко всему прочему, в конце 1998 года, накануне зимних праздников, Боец чуть было не распрощался с жизнью. В роковой день он как обычно вышел из дома в Иркутске и направился к своему автомобилю Mercedes 600. Но не успел вор открыть дверь машины, как грянул взрыв: оказалось, что злоумышленники заложили в припаркованные рядом «Жигули» самодельную бомбу, начиненную металлическими шариками и гвоздями. Взрывной волной Бойца отбросило на 10 метров, но он выжил и угодил на больничную койку. Его телохранителю и двум случайным прохожим повезло меньше — от полученных ранений они скончались.
Однако враги Бойца не успокоились, лишь поменяли метод расправы: они сумели подмешать в еду авторитета мышьяк. С тяжелым отравлением вора доставили в больницу, где врачам удалось вытащить пациента с того света. Боец, осознав, что не сможет в одиночку воевать со всеми, решил временно пожить в Москве, куда и отправился вскоре после выписки из больницы.

Последний раунд

Оказавшись в столице, вор времени зря не терял и принялся заводить полезные знакомства с местными авторитетами, мечтая, что со временем он сможет собрать свою армию, вернуться в Иркутск и все расставить там по местам. Однако даже в Москве Бойцу не удалось скрыться от киллеров. Смерть подстерегла его 20 февраля 1999 года на Мосфильмовской улице. Накануне Боец и его охранник Андрей Верещагин прибыли с дружеским визитом к знакомому вору, у которого решили заночевать. Утром они вышли из подъезда и направились к своей машине, совершенно не обращая внимания на припаркованные неподалеку «Жигули» и BMW.
Как оказалось, зря: в салонах этих авто сидели бандиты, которые, едва завидев цели, открыли по ним шквальный огонь. Прибывшим на место медикам осталось только констатировать смерть: Боец и его телохранитель были изрешечены пулями и не подавали признаков жизни. Немногим позже на улице Дружбы стражи порядка обнаружили тот самый BMW, на заднем сиденье которого лежали два пистолета-пулемета. То, что действовали не дилетанты, а профессионалы, стало ясно сразу: рукоятки оружия были обернуты мятой фольгой, с которой невозможно снять отпечатки пальцев. Убийц Бойца так и не нашли.

На могиле Сергея Бойцова (Боец), Иркутск
Похоронили вора на Ново-Ленинском кладбище в Иркутске. На его могиле установлен обычный, без лишнего пафоса памятник с надписью: «Помним, любим, скорбим». Такая же плита венчает могилу погребенного рядом с шефом телохранителя Андрея Верещагина. Впрочем, при жизни Боец успел воздвигнуть себе другой памятник — нерукотворный: в сети по сей день гуляют стихотворения, которые нередко цитируют как поклонники Бойца, так и те, кто понятия не имеет, чем на самом деле был славен Сергей Бойцов.
Учитесь управлять собой,
Во всем ищите добрые начала,
И споря с трудною судьбой,
Умейте начинать сначала.
Споткнувшись, самому вставать,
В себе самом искать опору.
При быстром продвижении в гору,
Друзей в пути не растерять.
Не злобствуйте, не исходите ядом,
Ищите лишь добро везде.
Особенно упорно в тех, кто рядом,
Умейте радовать друзей!
Несчастья скоро все уйдут,
Не умирайте, пока живы!
Ведь беды тоже устают,
И завтра будет день счастливый!
« Россиян снова лишают права на бюджетный отдых
Пенсионерки-мошенницы оформляли фальшивую... »
  • +24

    Нравится тема? Поддержи сайт, нажми:


Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

0
анекдот!!!
  • Поделиться комментарием
+1
Его бы энергию и таланты да в мирных целях!
  • Поделиться комментарием
+9
Бл…, подонка и пас… уду уголовную как возвеличили. Мерзко, гнусно, подло.
  • Поделиться комментарием
+12
вора в герои возвели., а не мог он просто поступить учиться и жить по человечески?
  • Поделиться комментарием
+14
Ладно, мы, старшее поколение, разбираемся, чем борец за «воровскую идею» отличается от реального героя, отдавшего жизнь за Родину и других людей, но очень похоже, что теперь молодежи начинают активно подсовывать совершенно другие примеры для подражания и идеологию. То, что наши города уже исписаны аббревиатурой АУЕ (арестантско-уркаганское единство), а в школах трясут детей по поводу отстежки денег в воровской общаг это, видимо, только начало.
  • Поделиться комментарием
0
Вы правы, это только начало.
-3
А кого в качестве примера для подражания подсовывать? Чиновников-воров? Или нищих инженеров?
+5
А ведь вы просто гнида, если уголовная дрянь лучше ин7женера.
+5
Ваш кумир помер еще в прошлом веке. Там было полно и других, известных со школы, примеров для подражания. Да и сейчас они есть, но о них не рассказывают, потому что, якобы, это никому не интересно. Что касается нищих инженеров, то я знаком с одной вдовой. Ей 78 лет. Она ежемесячно получает 2 млн. руб. за разработку её мужа, инженера. Кроме этого, с его прибора уже лет пятнадцать кормится небольшой, 150 человек, завод, наладивший серийное производство.
0
Хороший вопрос!